Russians-Africans Friends - Форум Друзей Африки

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Russians-Africans Friends - Форум Друзей Африки » Лента новостей » Затеряный мир «Земли золота»: дневник археолога в Судане


Затеряный мир «Земли золота»: дневник археолога в Судане

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Затеряный мир «Земли золота»: дневник археолога в Судане

Станислав Востриков, действительный член Ассоциации по изучению Древнего Египта «МААТ», Правда.Ру, 4 января 2007

Порой кажется, что сегодня уже трудно найти неизбитый туристический маршрут. «Белые пятна» на географической карте стремительно исчезают, а порой так хочется увидеть нетронутую модернизацией культуру и хотя бы на несколько дней почувствовать то, что испытывали европейские путешественники XVIII-XIX столетий. И, тем не менее, это все еще возможно.

Судан, древняя «земля золота», совсем забыта нашими современниками, что, на мой взгляд, совершенно несправедливо. С одной стороны, здесь все еще видны руины великого прошлого – храмы египетских фараонов, считавших эту землю своей, пирамиды и некрополи древних самобытных культур Напаты и Мероэ, раннехристианские святыни, а с другой - изящные минареты мечетей – символы сегодняшнего дня. А еще совершенно незабываемая природа: желто-оранжевый песок, Нил, еще не тронутый промышленными стоками, какой-то особенный аромат Африки, к которой приблизилась арабская цивилизация, покорила, но так и не смогла сделать ее иной.

Сами арабы называют Нил бахр – «море», из-за его необъятной ширины, силы и могущества. Судан – это два моря: море нильской воды и море песка, среди которого все еще возвышаются массивные скалистые громады – джебели, словно пронзающие собой пространство. Своей формой они напоминают какую-то «игру богов», которые на пространстве «вселенской песочницы» оставили следы гигантских формочек…

Самая знаменитая из этих скал – Джебель Баркал; его высота – около 100 метров. Гора с глубокой древности почиталась как священная и «чистая». Один из отрогов скального массива напоминает собой огромную кобру в боевой позе, увенчанную высокой «короной юга». Под ее телом, в скале и рядом с ней находится более пятнадцати храмов. Самые древние – построены еще египтянами в 15 в. до н.э., более поздние – в 8-7 вв. до н.э. местными «черными фараонами», властителями царства Куш, которые даже завоевали ненадолго Египет. На протяжении несчетных веков Джебель Баркал был своеобразным маяком в море песка, ориентиром, у которого сходились важнейшие торговые караванные пути, по которым на север, в Египет, в порты Средиземного моря везли бесценные дары тропической Африки – кость, черное дерево, золото, драгоценные благовония, шкуры экзотических животных.

Главный храм у подножия Джебель Баркала был посвящен египетскому богу Амону, творцу и владыке вселенной, почитавшемуся в облике мужчины с кожей бледно-голубого, небесного цвета, в шути - высокой короне из соколиных перьев и солнечного диска. Принесенный сюда египетскими войсками, Амон стал национальным богом царства Куш и почитался в нескольких десятков храмов. Поблизости от храма Амона сохранились массивные колонны и скальные помещения святилища богини Мут – его супруги. На стенах «святая святых» самый значительный «черный фараон» - Тахарка - изображен подносящим жертвы Амону и Мут, которые пребывают внутри священной горы. Умиротворенные царем божества должны даровать стране процветание, фараону – вечную молодость и «миллионы лет на престоле», а Судану и Египту – благодатный паводок реки, символически изображенный в виде гигантской каменной кобры. На ее шее, как установил когда-то выдающийся археолог Тимоти Кендалл, многие годы руководящий раскопками в Джебель Баркал, некогда были укреплены массивные золотыепластины, на которых от имени Тахарки бог Амон прославлялся «в вечности и бесконечности».

На центральном алтаре, который стоит на территории храма Амона, хорошо сохранились рельефы с изображением символической сцены объединения Египта силой нильских вод. Два божества Хапи – духи реки, покровители Южного и Северного Египта, связывают узлом геральдические растения севера и юга вокруг иероглифа «дыхание» Египта, процветание которого во многом зависело от благополучия Судана. Хапи изображен в облике мужчины с большим животом, отвисшей грудью, длинной священной бородкой и головным убором из водных растений.

Джебель Баркал был государственным святилищем Судана, подобно Карнакскому храму в Фивах Египта. С вершины джебеля открывается великолепная панорама на Нил, на сады и заросли финиковых пальм вдоль берега, на руины храмов и пирамид. Множество хищных птиц парят в воздухе, огибая отрог-кобру. А внизу, как и много веков назад, - многочисленные караваны верблюдов, бредущие по пустыне. Современные караваны джипов оставляют за собой облака пыли.

На другом берегу Нила расположен величественный царский некрополь в Нури. Пирамиды могущественных правителей царства Куш – одни из главных исторических и архитектурных комплексов Судана 8-7 вв. до н.э. Среди пирамид наиболее известен комплекс фараона Тахарки. У подножия пирамиды великого правителя – пирамиды его наследников и царских дочерей. С вершины пирамиды Тахарки хорошо виден священный пик Джебель Баркала. В погребениях кушитских царей были найдены удивительные произведения искусства, золотые и серебряные ювелирные украшения; все они отчасти копировали предметы, которые сопровождали в последний путь египетских фараонов. Сегодня эти сокровища хранятся в Египетском музее в Каире, в Музее изящных искусств в Бостоне, в Берлинском музее. В самом Судане осталось совсем немногое, однако, собрание Национального музея в Хартуме все равно впечатляет.

На раскопках в Джебель Баркале я провел месяц. Мои опытные наставники – археологи Тимоти Кендалл и Павел Вольф, архитектор Надежда Решетникова открывали мне пространство этой удивительной культуры. Через прикосновение к фрагментам керамики, через рассказы об истории царства Куш, через беседы за чашкой терпко-приторного черного чая в конце рабочего дня, когда небо, такое низкое, по-африкански темное и звездное, кажется, может упасть на землю.

Поблизости от Джебель Баркала – современный город Карима. Город просыпается рано: в пять часов раздается призыв к молитве. По всему городу на столбах висят громкоговорители, так что не услышать просто невозможно. Просыпаются и всевозможные экзотические птицы, хоровое пение которых отбивает остатки сна. Утром холодно, как и всегда в пустыне. В шесть часов все собираются за чашкой чая, параллельно обсуждаются планы на день, раздаются задания. Все разговоры так или иначе возвращаются к главной боли всех археологов, работающих в Судане: в настоящее время в районе четвертого порога Нила ведется строительство плотины и электростанции. Огромные площади плодородной земли будут затоплены. Это настоящая трагедия для местного населения, которому придется переселиться на пустынные земли. Как когда-то при строительстве Садд эль-Аали - Асуанской плотины в Египте, подвергнутся затоплению и исторические комплексы, на которых сейчас ведутся срочные археологические работы. Увы, не идет речи о том, чтобы все спасти; есть надежда зафиксировать хотя бы то, что уже известно.

В семь часов надо быть на месте раскопок, где нас уже ждут местные рабочие. Добираемся на джипе. Тимоти Кендалл вместе с инспектором местной Службы древностей Хасаном дает задание рабочим; по заранее намеченному плану все приступают к работе. Место раскопок – царский дворец у подножия Джебель Баркала.

«Семь раз отмерь, один отрежь», - пословица, которая лучше всего характеризует работу археолога. Чтобы как можно точнее перенести на бумагу или на пленку каждый артефакт, будь то фрагмент керамики, или проступающую из песка кирпичную кладку или же планы комнат, все очень тщательно измеряется. Место раскопок делится на квадраты, шпателем и кисточкой аккуратно снимаются песок и пыль. Находки незамедлительно фиксируются.

В десять часов завтрак: обычно это яичница, салат из помидор, фасоль, которая в различном виде всегда присутствует на столе, чай, кофе. С одиннадцати и до часа дня – на раскопе самое трудное время: солнце палит нещадно. Раскаленные пласты песка за два часа словно забирают все силы. Неслучайно после этого - три часа перерыва, восстановительный сон. С четырех часов и до семи - самое хорошее время для работы, когда уже нет палящего солнца. В восемь часов обед. Готовит местный повар.

Вечером всех собирает вокруг себя ароматная шиша – кальян. Приезжают гости, обсуждается прошедший день. Еще один день в бескрайнем песчаном море.

Меня поразили суданцы. Прежде всего, гостеприимством и своей открытостью. Для дорогого гостя на стол подают мясо – праздничное блюдо, которое многие суданцы могут позволить себе довольно редко. Порой случается так, что, казалось бы, совсем недавние знакомые начинают относиться к гостю как к члену семьи. Это то тепло и та искренность, которых в нашем, западном мире, осталось так мало.

Среди местного населения по настоящему популярен футбол. Ближе к вечеру, когда спадает послеобеденный зной, близлежащая пустыня и площади Каримы превращаются в футбольные поля. И это не мини футбол, а большой футбол, на больших площадях с большим количеством игроков. Уровень игры достаточно высокий, видно, что это давно сложившиеся хорошо играющие команды. Такое ощущение, что все молодые люди Каримы проводят вечера на многочисленных футбольных полях. На каждом шагу мальчишки, гоняющие мяч с утра до вечера.

Вернувшись в холодную, заснеженную Москву – археологический сезон всегда проходит зимой, когда температуры в Судане не самые высокие – долго не можешь придти в себя. Совершенно не верится, что всего несколько дней тому назад рядом были нильские воды и мощные стволы финиковых пальм, пирамиды почти забытых царей и священная гора-кобра, удивительно красивые лица суданцев и пыльные, выжженные кварталы Хартума.

А еще туда хочется вновь и вновь возвращаться.

2

Судан: жесткое столкновение, 18 погибших

Во время вооруженного столкновения между повстанцами Армии за освобождение Судана (АОС) и местными жителями на юге суданской провинции Дарфур погибли по меньшей мере 18 человек, несколько десятков получили ранения.

По имеющейся информации, дарфурские повстанцы вошли в населенный пункт на юге Дарфура, контролируемый проправительственными наемными отрядами "джанжавидов". Началась ожесточенная перестрелка. Число погибших, по разным данным, колеблется от 18 до 75 человек.

АОС заявляет, что ее бойцы были вынуждены войти в населенный пункт для стабилизации обстановки, поскольку группировка получила информацию о притеснениях мирного населения со стороны джанджавидов.

Никаких официальных комментариев Хартума пока не поступало.//РИА Новости

Судан: противостоянии ООН продолжается

За последние годы Совет Безопасности ООН принял несколько резолюций, осуждающих власти Судана и требующих разоружить арабские военизированные формирования "джанджавидов", третирующие чернокожее население провинции Дарфур

Власти Судана вчера поставили под сомнение выводы специальной миссии Совета по правам человека ООН, которая накануне обвинила Хартум в "военных преступлениях и преступлениях против человечества", а также в "грубых массовых нарушениях прав человека" в провинции Дарфур. По мнению Хартума, эксперты миссии были не в состоянии сделать верные выводы, так как даже не были в Дарфуре. Правда, суданские власти умолчали о том, что сами отказали представителям ООН во въездных визах. С подробностями из Женевы – корреспондент Ъ ИГОРЬ Ъ-СЕДЫХ.
"Нынешняя ситуация в Дарфуре – еще один пример того, что многочисленные резолюции ООН ровным счетом ничего не значат, если вы не заставляете выполнять их",– заявила глава специальной миссии Совета по правам человека (СПЧ) ООН, лауреат Нобелевской премии Джоди Уильямс. За последние годы Совет Безопасности ООН принял несколько резолюций, осуждающих власти Судана и требующих разоружить арабские военизированные формирования "джанджавидов", третирующие чернокожее население провинции Дарфур. Однако, как следует из доклада госпожи Уильямс, "убийства мирных граждан, включая крупномасштабные нападения, по-прежнему остаются обычным делом".
"Систематически совершаются изнасилования и акты сексуального насилия. Продолжаются пытки. Производятся аресты, людей бросают в тюрьмы без решения суда, политическое инакомыслие подвергается репрессиям и произвольно ограничиваются политические свободы. Ситуацию усугубляет тот факт, что возможности гуманитарных действий продолжают сокращаться и все чаще мишенями становятся лица, оказывающие гуманитарную помощь, и правозащитники",– утверждают участники специальной миссии СПЧ ООН. По мнению членов миссии, ответственность за происходящее лежит на правительственных силах и действующих заодно с ними военизированных арабских отрядах "джанджавидов", а также на повстанческих отрядах в Дарфуре, отказавшихся принять мирное соглашение летом 2006 года. "Миссия пришла к выводу, что правительство Судана не смогло защитить население Дарфура от крупномасштабных преступлений, само их организовывало и участвовало в них",– говорится в докладе.
Решение о направлении миссии для расследования нарушений прав человека в Дарфуре было принято специальной сессией СПЧ в декабре прошлого года после бурных дебатов. Некоторые арабские и африканские страны не скрывали недовольства чрезмерным, по их мнению, вниманием, уделяемым Судану. Эта позиция нашла поддержку и со стороны России. Тем не менее инициаторы идеи сумели настоять на своем. В состав миссии наряду с Джоди Уильямс вошли спецдокладчик ООН по ситуации в Судане Сима Самар, бывший исполняющий обязанности верховного комиссара ООН по правам человека Бертран Рамчаран, постпред Габона при международных организациях в Женеве Патрис Тонда, постпред Индонезии в Женеве Макарим Вибисоно, а также депутат парламента Эстонии и член комиссии Совета Европы по борьбе с расизмом и нетерпимостью Март Нутт.
Первоначально суданское правительство намеревалось оказывать содействие миссии. Причем президент Судана Омар Эль-Башир лично обещал это генсеку ООН Пан Ги Муну. Но затем суданские власти отказались выдать визы членам миссии, и те вынуждены были ограничиться опросом обитателей лагерей беженцев в Чаде и изучением документов. Когда стало ясно, что миссия не попадет в Судан, правительство Индонезии вывело Макарима Вибисоно из ее состава.
35-страничный доклад команды Джоди Уильямс уже в пятницу будет представлен 4-й сессии СПЧ, открывающейся в Женеве. Однако, как полагают эксперты, ему предстоит отправиться на полку в архивах ООН. Организация "Исламская конференция" уже отвергла выводы доклада, обвинив Джоди Уильямс в пристрастности и чрезмерной эмоциональности. Официальный Хартум также раскритиковал итоги работы миссии, которая, дескать, даже не побывала в Дарфуре. Благодаря поддержке мусульманских государств Судан легко может избежать обсуждения доклада миссии на сессии СПЧ.
Впрочем, сама госпожа Уильямс полна решимости довести начатое до конца. Для начала она предлагает "разработать специальную процедуру или механизм контроля ситуации в Дарфуре", где с 2003 года, по оценкам ООН, погибли 200 тыс. человек и более 2,5 млн человек стали беженцами. Этим могли бы заняться международные миротворцы. Однако как раз вчера президент Судана заявил, что количество "голубых касок", которых предполагается направить в Дарфур, нуждается в сокращении. Так что осуществлять там контроль, похоже, будет некому. //Коммерсантъ


Вы здесь » Russians-Africans Friends - Форум Друзей Африки » Лента новостей » Затеряный мир «Земли золота»: дневник археолога в Судане